Почему мы с коррупцией воюем, а она не сдаётся
Журнал Forbes опубликовал список десяти самых коррумпированных государств мира, его возглавляют Сомали и Афганистан. России пока не удается попасть в лидеры, но шансы есть. Согласно исследованиям международной организации Transparency International, наша страна в последние годы неуклонно наращивает свою коррумпированность. И если, к примеру, в 2006 году мы еще стояли на 127-м месте в рейтинге - на одном уровне с Гондурасом, то в 2009-м мы его уже уверенно обогнали, опустившись на 146-ю позицию. Сегодня мы можем "похвастаться" тем, что уровень коррупции у нас такой же, как в Кении, Сьерра-Леоне и Украине. Почему же титанические усилия президента и правительства по борьбе с этим злом N 1 не дают заметных результатов?
Фантастический план
Холодное лето 2008-го российские коррупционеры должны вспоминать с дрожью: в июле президент Дмитрий Медведев утвердил "национальный план противодействия коррупции ". Этот программный документ состоит из четырех разделов, в каждом из которых много фантастически интересных задач. Начиная от контроля за доходами госслужащих и заканчивая, к примеру, "обеспечением условий для широкого доступа населения к специализированному правовому телевизионному каналу "Закон-ТВ". Все эти мероприятия нужны нам для того, чтобы победить коррупцию.
Часть из заявленного в президентском плане уже воплощено, другое еще только претворяется в жизнь. Что сделано? К примеру, о доходах отчитались губернаторы, президент и даже сам премьер-министр. Народ изучал сухие строчки цифр, сравнивая квадратные метры и круглые суммы. И удивлялся: почему, к примеру, "простой" глава комитета Смольного зарабатывает больше губернатора города? Или отчего у президента зарплата меньше, чем у премьер-министра? И поневоле терзался народ смутными сомнениями: а насколько реально отражают действительность все эти... чиновничьи отчеты?
В рамках борьбы с коррупцией затеяли реформу МВД, начали разбираться с судьями, укореняют ЕГЭ... Похоже, сегодня вообще все, что делается в стране, делается во имя борьбы с коррупцией. Правда, пока почему-то не слишком эффективно, о чем с прискорбием сообщают нам международные эксперты.
Разоблачены, но не опасны
В Петербурге, как и положено, тоже есть своя программа противодействия коррупции. Некоторые признаки ее выполнения ежедневно могут наблюдать горожане: например, антикоррупционная пропаганда на улицах. Любопытно, скольких злодеев-коррупционеров остановили эти красивые плакаты? Показательно, что в северной столице борьбу максимально приблизили к народу. Организовали горячую линию "Нет коррупции", включили аппарат с автоответчиком и стали ждать, когда горожане начнут разоблачать вредителей. И ведь дождались. На прошлой неделе комитет по вопросам законности, правопорядка и безопасности отчитался перед СМИ: по итогам 2009 года, на коррупцию пожаловались 858 человек. Правда, сетовали звонившие в основном на текущие унитазы, маленькие пенсии и проблемы с работой. Согласно отчету комитета, признаки коррупции были обнаружены лишь в 135 сообщениях. При этом факты, изложенные в 56 обращениях, не подтвердились.
Что еще сделано? Вот, например, в городе проводится антикоррупционная экспертиза нормативных правовых актов. В Смольном аккредитовано несколько юридических и физических лиц, которые уполномочены проводить такую экспертизу в качестве независимых экспертов. "ТС" поинтересовался у них: а много ли экспертиз уже проведено, каковы результаты и остались ли еще коррупционные лазейки в городском законодательстве?
В двух из трех аккредитованных компаний ответить на вопрос затруднились. В третьей - юридической фирме "Адвокат ФРЕММ" - заместитель гендиректора Дмитрий Некрестьянов сообщил "ТС", что с октября прошлого года в качестве "смольнинских экспертов" они не провели еще ни одной экспертизы. Вряд ли с тех пор не было создано ни одного нормативно-правового акта, но почему же тогда ни чиновники, ни депутаты к ним не обращались?
Как пояснил Дмитрий Некрестьянов, оказывается, власти вовсе не должны к ним обращаться.
- Фактически у законодателя нет обязанности проводить антикоррупционную экспертизу, - говорит эксперт Некрестьянов. - То есть нам сказали: "Ну если вы такие умные и считаете, что где-то есть коррупция, то напишите нам об этом".
По словам юриста, его компания занимается мониторингом законодательства и проводит антикоррупционную экспертизу по собственному почину, а не по заданию чиновников, как можно было подумать. Фирма делает это за свой счет и за результаты исследования также не получает ни копейки. В настоящее время юристы "Адвоката ФРЕММ" изучают закон об установлении цены на землю в Петербурге, который вступает в силу с 1 марта. По словам Дмитрия Некрестьянова, у экспертов есть основания полагать, что в документе могут найтись "коррупционные лазейки". Однако заключение пока не готово, и когда будет готово - точно не известно.
Времени это занимает много, а мы еще и работать вынуждены, - делится юрист.
Если "признаки коррупции" в документе будут обнаружены, то эксперты отошлют отчет в уполномоченные органы, а также в прокуратуру. Там их "сигнал" рассмотрят. И отреагируют. Если сочтут нужным.
Зло засело надолго
Почему же мы с коррупцией воюем, а она не сдается?
Экс-глава ГУВД Петербурга и Ленобласти - председатель постоянной комиссии по вопросам правопорядка и законности ЗакСа Аркадий Крамарев полагает, что "недостаточно сильно боремся". Потому что коррупция - это не такое зло, которое "можно взять и победить завтра к 12 часам". Это сложный социальный процесс, обладающий огромной инерцией.
- И даже когда у нас будет хорошая экономика, честные политики и умные руководители, коррупция еще будет десятилетия сохранять свою инерцию, порожденную прежним состоянием, - полагает экс-милиционер. - Но сам факт борьбы, то, что мы ее осуждаем, уже служит сдерживающим фактором.
Известный социолог профессор Вадим Волков согласен с тем, что быстро это зло не победить.
- У нас уже не коррупция, а двойная система налогообложения, признанная и бизнесом, и государством. Часть денег мы платим в виде налогов в казну, часть - в личный доход чиновников, - поясняет ученый.
А чтобы победить коррупцию, он предлагает... расстрелять несколько высших чиновников.
- Или приговорить к высшей мере наказания, - оговаривается Вадим Волков. - Это будет показателем серьезности намерений государства. Сначала ввести в состояние шока, а потом уже начать системную борьбу.
В президентской программе по борьбе с коррупцией можно найти много неожиданных и революционных идей, пока еще не воплощенных в жизнь, а потому не ставших достоянием широких масс. В федеральных органах госвласти (читай - и далее по нисходящей до городских, муниципальных) предлагается создавать специальные подразделения "по профилактике коррупционных и иных правонарушений". Исходя из предыдущего нашего опыта, представляется, что это будут такие маленькие местечковые ЧК... С чистыми руками и пустыми портфелями. И наверное, право трудиться в таких спецотделах будет дорогого стоить - ведь принимать будут не всех, а самых достойных. И порядочным чиновникам придется делиться с ними. Информацией, конечно, - об известных "случаях коррупционных или иных правонарушений", как это им предписано. Но уже другим пунктом президентского плана.
Справка "ТС"
Составляемый Transparency International индекс восприятия коррупции (Corruption Perceptions Index) ранжирует 180 стран по оценкам степени распространенности коррупции среди государственных служащих и политиков. Это составной индекс, своеобразный "опрос опросов", основанный на оценках уровня коррупции предпринимателями и аналитиками по десятибалльной шкале. Чем ниже балл, тем выше ощущение коррумпированности в стране.
Наименее коррумпированные страны / Наиболее коррумпированные страны
Новая Зеландия / Сомали
Дания / Афганистан
Сингапур / Мьянма
Швеция / Судан
Швейцария / Ирак
Финляндия / Чад
Нидерланды / Узбекистан
Австралия / Туркменистан
Канада / Гвинея
Исландия / Гаити
По данным Transparency International за 2009 год
Анонимные эксперты
"Реформа МВД задевает интересы милицейской знати"
Один из заместителей начальника отдела милиции Санкт-Петербурга по линии угрозыска:
- Сотрудники, особенно высокопоставленные, глубоко убеждены, что МВД - это некая специальная сверхсложная машина, разобраться в которой может лишь тот, кто работает в системе долгое время. Любой человек со стороны, по их мнению, априори говорит чепуху, и Медведев также ничего в милицейских делах не смыслит.
Подобно тому, как власть часто сетует на происки иностранных спецслужб, которые денно и нощно вредят России, большинство офицеров - от капитана и выше - убеждены, что все беды от журналистов, которые ежеминутно порочат краснознаменную ленинградскую милицию.
Зато рядовые сотрудники - от капитана и ниже - между собой говорят, что если бы журналисты знали всю правду, то народ бы давно поднял МВД на вилы.
И самое главное - президент, пытаясь реформировать МВД, напрямую задевает интересы милицейской знати, тех, кто сидит в штабах, имеет госмашины и занимается проверками. А этого знать простить Медведеву никак не может. Но зато те, кто сидит в отделах милиции, "на земле", целиком и полностью реформу поддерживают.
Один из руководителей ГУВД:
- К президенту есть много вопросов. Например, если схема финансирования меняется, то как? И это нужно знать точно. К кому нам идти, в какие кабинеты? Если 5-е управление МВД по оборонным предприятиям теперь входит в состав ГУВД, то кто им платит зарплату, где размещать их сотрудников? Организационные вопросы не решены. Есть лишь лозунги. Раз Медведев так решил - значит, это приказ. Нет проблем. Но кто его выполняет? Тогда он должен системно спрашивать об исполнении своих указаний с Нургалиева. А в Москве только пожимают плечами. Все может закончиться хаосом или очередной говорильней.
Елена Роткевич
Источник: www.kadis.ru